Мидзару, Кикадзару, Ивадзару: Почему три японских обезьяны стали символом женской мудрости
В известном синтоистском святилище Никко Тосё-гу в японском городе Никко находится произведение искусства, известное во всем мире. Резное панно с изображением трех мудрых обезьян расположено над дверью этого храма с XVII века. Сделанная скульптором Хидари Дзингоро резьба представляет собой иллюстрацию известной фразы «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не скажу».
Считается, что эта пословица пришла в Японию из Китая в VIII веке, как часть Тэндай-буддийской философии. Она представляет собой три догмы, которые символизируют житейскую мудрость. Резная панель с обезьянами - только одна маленькая часть большой серии панелей в святыне Тосё-гу.
Всего существует 8 панелей, которые представляют собой «Кодекс поведения», разработанный известным китайским философом Конфуцием. В сборнике изречений философа «Лунь юй» («Аналекты Конфуция») встречается подобная фраза. Только в редакции, датируемой примерно II – IV веками нашей эры, она звучала немного по-другому: «Не смотри на то, что противоречит благопристойности; не слушай того, что противоречит благопристойности; не говори того, что противоречит благопристойности; не делай того, что противоречит благопристойности». Вполне возможно, что это оригинальная фраза, которая была сокращена после того, как она появилась в Японии.
Обезьяны широко известны как «не вижу, не слышу, не говорю», но на самом деле, у них есть свои имена. Обезьяну, которая закрывает себе уши, зовут Кикадзару, которая закрыла себе рот, - Ивадзару, а Мидзару закрывает глаза.
Имена, вероятно, являются игрой слов, поскольку они все заканчиваются на «дзару», что на японском языке обозначает обезьяну. Второе значение этого слова - «уходить», то есть каждое слово можно интерпретировать как фразу, направленную на зло.
Вместе эта композиция на японском языке называется «Самбики-Сару», т. е. «Три мистические обезьяны». Иногда же к известному трио добавляют четвертую обезьяну по имени Сидзару, которая представляет принцип «не совершать никакого зла». Стоит отметить, что согласно общепринятого мнения, Сидзару добавили гораздо позже в сувенирной индустрии, только для коммерческих целей.
Обезьяны представляют собой подход к жизни в религиях синто и косин. Историки считают , что символу трех обезьян приблизительно 500 лет, однако, некоторые утверждают, что подобная символика была распространена в Азии буддистскими монахами, возникнув в древней индуистской традиции. Фотографии обезьян можно увидеть на древних свитках косин, в то время святилище Тосё-гу, где расположено знаменитое панно, было возведено, как священное здание для верующих синто.
Вопреки распространенному мнению о том, что три обезьяны возникли в Китае, скульптуры и картины «не вижу зла, не слышу зла, не говорю зла» вряд ли найти в любой другой стране, кроме Японии. Самый старый памятник косин, на котором фигурировали обезьяны, был построен в 1559 году, но на нем есть только одна обезьяна, а не три.
В известном синтоистском святилище Никко Тосё-гу в японском городе Никко находится произведение искусства, известное во всем мире. Резное панно с изображением трех мудрых обезьян расположено над дверью этого храма с XVII века. Сделанная скульптором Хидари Дзингоро резьба представляет собой иллюстрацию известной фразы «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не скажу».
Считается, что эта пословица пришла в Японию из Китая в VIII веке, как часть Тэндай-буддийской философии. Она представляет собой три догмы, которые символизируют житейскую мудрость. Резная панель с обезьянами - только одна маленькая часть большой серии панелей в святыне Тосё-гу.
Всего существует 8 панелей, которые представляют собой «Кодекс поведения», разработанный известным китайским философом Конфуцием. В сборнике изречений философа «Лунь юй» («Аналекты Конфуция») встречается подобная фраза. Только в редакции, датируемой примерно II – IV веками нашей эры, она звучала немного по-другому: «Не смотри на то, что противоречит благопристойности; не слушай того, что противоречит благопристойности; не говори того, что противоречит благопристойности; не делай того, что противоречит благопристойности». Вполне возможно, что это оригинальная фраза, которая была сокращена после того, как она появилась в Японии.
Обезьяны широко известны как «не вижу, не слышу, не говорю», но на самом деле, у них есть свои имена. Обезьяну, которая закрывает себе уши, зовут Кикадзару, которая закрыла себе рот, - Ивадзару, а Мидзару закрывает глаза.
Имена, вероятно, являются игрой слов, поскольку они все заканчиваются на «дзару», что на японском языке обозначает обезьяну. Второе значение этого слова - «уходить», то есть каждое слово можно интерпретировать как фразу, направленную на зло.
Вместе эта композиция на японском языке называется «Самбики-Сару», т. е. «Три мистические обезьяны». Иногда же к известному трио добавляют четвертую обезьяну по имени Сидзару, которая представляет принцип «не совершать никакого зла». Стоит отметить, что согласно общепринятого мнения, Сидзару добавили гораздо позже в сувенирной индустрии, только для коммерческих целей.
Обезьяны представляют собой подход к жизни в религиях синто и косин. Историки считают , что символу трех обезьян приблизительно 500 лет, однако, некоторые утверждают, что подобная символика была распространена в Азии буддистскими монахами, возникнув в древней индуистской традиции. Фотографии обезьян можно увидеть на древних свитках косин, в то время святилище Тосё-гу, где расположено знаменитое панно, было возведено, как священное здание для верующих синто.
Вопреки распространенному мнению о том, что три обезьяны возникли в Китае, скульптуры и картины «не вижу зла, не слышу зла, не говорю зла» вряд ли найти в любой другой стране, кроме Японии. Самый старый памятник косин, на котором фигурировали обезьяны, был построен в 1559 году, но на нем есть только одна обезьяна, а не три.

София Б
Сергей-Владимирович Королюк
Константин Медведев
Ой ты, матушка, не жалься о девчинушке,
На душе тяжёлым камешком кручинушка.
Мой любимый не вернулся к сроку-месяцу,
На путях-дорогах беды, раскалесица.
Лютый батюшка соседа ведёт свататься:
Не уйти, не отмолиться, не запрятаться.
Дожидаюсь я милёнка во все оченьки,
Солена́ от слёз простынка каждой ноченькой.
Ох, и не было меж нами слова грубого...
Как же стану я смотреть в глаза нелю́бого?! -
Он затравит меня страшными упрёками,
И в замужестве я буду одинокая.
Слушай, матушка, за нашей за околицей
Упряжь мчится, да тройною колоколицей...
Не вернулся ли любимый с края дальнего,
Выйду, встречу долгожданного, опального.
Что ж так, мама, злая долюшка играется?! -
То сваты, родня соседей собирается.
Не бывать веселью с батюшкою купленным,
Без того девичья молодость загубленна.
Не отдамся в руки грубые наложницей,
Смилься, матушка, открой девичью горницу?!
Я припрятала на случай остру косыньку,
И не страшно во спасенье две полосыньки.
Мама, сжалься, не губи ради распятия -
Только к Господу надену бело пла́тие.
С милым клятвою загробною повязаны,
Духом таинства желаний в ласках названы.
Отворила, отпустила - вечно каяться...
Долго лай собачий с воем заливается.
И захлынуло сердечко во кровинушке,
Да омыла белы рученьки росинушка.
/к_медведев/
Светлана Погожева
Дарья Филатова
Сергей Маевский
Ирина Казанцева
Вячеслав Трутнев
Корвин Кори