Переход России на 4-дневную рабочую неделю возможен в будущем, однако в текущей ситуации он неосуществим. Такое мнение высказала член комитета Госдумы по труду Светлана Бессараб в беседе с изданием Lenta.
«На данный момент мы к этому не готовы. Потому что все эти эксперименты нужно вводить при стабилизации экономики, а мы находимся сейчас под гнётом более 32 тысяч западных санкций. У нас идёт СВО. У нас оборонка, да и не только оборонка, но и многие другие производства работают 24 на 7 в три смены», — отметила она.
Более того, по мнению Бессараб, сокращение рабочей недели создаст дополнительную нагрузку на экономику. При этом она выразила уверенность, что со временем такой переход всё же произойдёт. Причиной является перспектива с активным внедрением искусственного интеллекта, роботизацией и цифровизацией производства, которые в конечном итоге позволят сократить продолжительность труда.
«На данный момент мы к этому не готовы. Потому что все эти эксперименты нужно вводить при стабилизации экономики, а мы находимся сейчас под гнётом более 32 тысяч западных санкций. У нас идёт СВО. У нас оборонка, да и не только оборонка, но и многие другие производства работают 24 на 7 в три смены», — отметила она.
Более того, по мнению Бессараб, сокращение рабочей недели создаст дополнительную нагрузку на экономику. При этом она выразила уверенность, что со временем такой переход всё же произойдёт. Причиной является перспектива с активным внедрением искусственного интеллекта, роботизацией и цифровизацией производства, которые в конечном итоге позволят сократить продолжительность труда.

Тимофей Лис
Владимир Баранов
Sunny Boy
Медленно рабы шли друг за другом, и каждый нёс отшлифованный камень. Четыре шеренги, длиной в полтора километра каждая, от камнетёсов до места, где началось строительство города-крепости, охраняли стражники. На десяток рабов полагался один вооружённый воин-стражник.
В стороне от идущих рабов, на вершине тринадцатиметровой рукотворной горы из отшлифованных камней сидел Кратий — один из верховных жрецов; на протяжении четырёх месяцев молча наблюдал за происходящим. Его никто не отвлекал, никто, даже взглядом, не смел прервать его размышления. Рабы и стража воспринимали искусственную гору с троном на вершине как неотъемлемую часть ландшафта. И на человека, то сидящего неподвижно на троне, то прохаживающегося по площадке на вершине горы, уже никто не обращал внимания.
Кратий поставил перед собой задачу переустроить государство, на тысячелетие укрепить власть жрецов, подчинив им всех людей Земли, сделать их всех, включая правителей государств, рабами жрецов.
Однажды Кратий спустился вниз, оставив на троне своего двойника. Жрец поменял одежду, снял парик. Приказал начальнику стражи, чтобы его заковали в цепи, как простого раба, и поставили в шеренгу за молодым и сильным рабом по имени Нард.
Вглядываясь в лица рабов, Кратий заметил, что у этого молодого человека взгляд пытливый и оценивающий, а не блуждающий или отрешённый, как у многих. Лицо Нарда было то сосредоточенно-задумчивым, то взволнованным. «Значит, он вынашивает какой-то свой план», — понял жрец, но хотел удостовериться, насколько точным было его наблюдение.
Два дня Кратий следил за Нардом, молча таская камни, сидел с ним рядом во время трапезы и спал рядом на нарах. На третью ночь, как только поступила команда «Спать», Кратий повернулся к молодому рабу и шёпотом, с горечью и отчаянием, произнёс непонятно кому адресованный вопрос:
— Неужели так будет продолжаться всю оставшуюся жизнь?
Жрец увидел: молодой раб вздрогнул и мгновенно развернулся лицом к жрецу, глаза его блестели. Они сверкали даже при тусклом свете горелок большого барака.
— Так не будет долго продолжаться. Я додумываю план. И ты, старик, тоже можешь в нём принять участие, — прошептал молодой раб.
— Какой план? — равнодушно и со вздохом спросил жрец.
Нард горячо и уверенно стал объяснять:
— И ты, старик, и я, и все мы скоро будем свободными людьми, а не рабами. Ты посчитай, старик: на каждый десяток рабов приходится по одному стражнику. И за пятнадцатью рабынями, которые готовят пищу, шьют одежду, наблюдает тоже один стражник. Если в обусловленный час все мы набросимся на стражу, то победим её. Пусть стражники вооружены, а мы закованы в цепи. Нас десять на каждого, и цепи тоже можно использовать как оружие, подставляя их под удар меча. Мы разоружим всех стражников, свяжем их и завладеем оружием.
— Эх, юноша, — снова вздохнул Кратий и, как бы безучастно, произнёс, — твой план недодуман: стражников, которые наблюдают за нами, разоружить можно, но вскоре правитель пришлёт новых, может быть, даже целую армию, и убьёт восставших рабов.
— Я и об этом подумал, старик. Надо выбрать такое время, когда не будет армии. И это время настаёт. Мы все видим, как армию готовят к походу. Заготавливают провиант на три месяца пути. Значит, через три месяца армия придёт в назначенное место и вступит в бой. В сражении она ослабеет, но победит, захватит много новых рабов. Для них уже строятся новые бараки. Мы должны начать разоружать стражу, как только армия нашего правителя вступит в сражение с другой армией. Гонцам потребуется месяц, что бы доставить сообщение о необходимости немедленного возврата. Ослабевшая армия будет возвращаться не менее трёх месяцев. За четыре месяца мы сумеем подготовиться к встрече. Нас будет не меньше, чем солдат в армии. Захваченные рабы захотят быть с нами, когда увидят, что произошло. Я правильно всё предопределил, старик.
— Да, юноша, ты с планом, с мыслями своими можешь стражников разоружить и одержать победу над армией, — ответил жрец уже подбадривающе и добавил: — но что потом рабы станут делать, и что произойдёт с правителями, стражниками и солдатами?
— Об этом я немного думал. И пока приходит в голову одно: все, кто рабами были, станут не рабами. Все, кто сегодня не рабы, рабами будут, — как бы размышляя вслух, не совсем уверенно ответил Нард.
— А жрецов? Скажи мне, юноша, к рабам или не рабам жрецов, когда ты победишь, причислишь?
— Жрецов? Об этом тоже я не думал. Но сейчас предполагаю: пускай жрецы останутся как есть. Их слушают рабы, правители. Хоть сложно их порой понять, но думаю, они — безвредны. Пускай рассказывают о богах, а жизнь свою мы знаем сами, как лучше проживать.
— Как лучше — это хорошо, — ответил жрец и притворился, что ужасно хочет спать.
Но Кратий в эту ночь не спал. Он размышлял. «Конечно, — думал Кратий,..
Антон Саблин
Валерий Кривошейкин
Калинин Виталий
Сергей Ненмасов
Да, нам бы душ по триста не мешало бы. .."
Реваль Мухамодеев
Сергей Попов
Игорь Игорев
Константин Костин
Андрей Ракитин
Андрей Питерский
Asad Xasanov
И на трех дневный отпуск😑
Сергей Осипов
Sunny Boy
Егор Владимирович
Валерий-Саныч Волков
Евгений Мастер
Евгений Мастер
Евгений Мастер
Верблюд Эфиопский
Том Хаус
Алексей Тихий
Верблюд Эфиопский
Дмитрий Искра
Верблюд Эфиопский
Евгений Мастер
Верблюд Эфиопский
Sunny Boy
Sunny Boy
Алекса Беккер
Верблюд Эфиопский
Алекса Беккер
Sunny Boy
Пётр Евгеньевич
Андрей Смирнов
Александр Трофимов