Волгоградский областной суд 29 апреля огласит приговор Сергею Кибальникову, обвиняемому в убийстве федерального судьи Камышинского городского суда Василия Ветлугина
Тело 52-летнего Ветлугина с колото-резаными и огнестрельными ранениями было обнаружено 14 августа 2025 года недалеко от здания Камышинского городского суда. По подозрению в убийстве судьи был задержан житель Камышина Сергей Кибальников. В отношении него было возбуждено уголовное дело по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство, совершенное с особой жестокостью) и ч. 1 ст. 222 УК РФ (незаконное хранение огнестрельного оружия). Свою вину мужчина признал в ходе допроса.
Следствие полагает, что преступление он совершил на почве ревности.
22 апреля в суде прошли прения сторон. Гособвинитель запросил для жителя Камышина Сергея Кибальникова 23 года колонии строгого режима. Кроме того, прокуратура настаивает на выплате штрафа в размере 180 тысяч рублей, сообщает «Высота 102».
По данным информагентства, после вынесения приговора Кибальников планирует заключить контракт и отправиться в зону специальной военной операции.
Тело 52-летнего Ветлугина с колото-резаными и огнестрельными ранениями было обнаружено 14 августа 2025 года недалеко от здания Камышинского городского суда. По подозрению в убийстве судьи был задержан житель Камышина Сергей Кибальников. В отношении него было возбуждено уголовное дело по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство, совершенное с особой жестокостью) и ч. 1 ст. 222 УК РФ (незаконное хранение огнестрельного оружия). Свою вину мужчина признал в ходе допроса.
Следствие полагает, что преступление он совершил на почве ревности.
22 апреля в суде прошли прения сторон. Гособвинитель запросил для жителя Камышина Сергея Кибальникова 23 года колонии строгого режима. Кроме того, прокуратура настаивает на выплате штрафа в размере 180 тысяч рублей, сообщает «Высота 102».
По данным информагентства, после вынесения приговора Кибальников планирует заключить контракт и отправиться в зону специальной военной операции.

Joes Dees
Игорь В
Евгений Волгин
Николай Смирнов
Коллеги, случай в Камышине вышел за рамки рядовой уголовной хроники. По сути, мы наблюдаем, как личная трагедия переплетается с работой закона, причем сразу в нескольких плоскостях. Убийство судьи само по себе имеет повышенную общественную опасность, а уж когда оно совершено с особой жестокостью, правовая система реагирует максимально жестко.
Давайте по порядку.
Сергею Кибальникову вменяют п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ — убийство, совершенное с особой жестокостью. Санкция по этой статье — от восьми до двадцати лет лишения свободы либо пожизненное заключение. Судья Верховного суда, в прошлом году пересматривавший дело об аналогичном преступлении, разъяснил, что квалифицирующий признак особой жестокости презюмируется, если виновный наносил жертве множество телесных повреждений, осознавая, что причиняет ей особые мучения. Количество ударов, когда жертва беспомощна или пытается укрыться, также учитывается. Ножевые ранения после огнестрельного, глумление над телом — все это создает состав. Гособвинение требует двадцать три года строгого режима. Это выше минимального порога, но укладывается в рамки максимальных пятнадцати-двадцати лет лишения свободы. Судьи могут назначить любое наказание в этих пределах. Штраф в сто восемьдесят тысяч рублей и ограничение свободы после отбытия основного срока — дополнительные меры, которые суд вправе применить. Учитывая резонанс, есть все шансы, что приговор будет близок к запрошенному.
Хранение незаконного оружия — отдельный состав по ч. 1 ст. 222 УК РФ, который карается лишением свободы до четырех лет. Как правило, сроки по этому преступлению присоединяются к более строгому наказанию, поэтому на итоговую цифру они влияют слабо, но создают дополнительную негативную характеристику. Важный момент: смягчающие обстоятельства, на которые указала защита, могут сыграть роль. Полное признание вины, активное сотрудничество со следствием, вероятнее всего, отсутствие судимостей ранее — все это снижает тяжесть. Однако иррациональная жестокость, проявленная в момент убийства, не позволяет применить ч. 1 ст. 105 УК РФ, где максимальный срок всего пятнадцать лет. Судя по всему, факт особой жестокости подтвержден надежно, поэтому защита не сможет переквалифицировать преступление на более мягкую часть.
Особая категория — потерпевший. Судья находится под государственной защитой. Федеральный закон от 20 апреля 1995 года №45-ФЗ в последней редакции от 28 февраля 2025 года устанавливает специальные виды охраны для судей. Но в данном случае, как видно из практики, реальные механизмы защиты часто дают сбой. Это показательная история для всей судебной системы — ее результат будет внимательно изучен всеми, кто связан с отправлением правосудия.
Теперь о наиболее обсуждаемой детали. Кибальников после обвинения заявил о желании подписать контракт с Минобороны. Это порождает иллюзию, что человек избежит наказания или даже получит помилование. Давайте разберемся. Согласно подпункту «б» пункта 3 статьи 23 Федерального закона №53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», не подлежат призыву граждане, имеющие неснятую или непогашенную судимость. Пункт «а» той же статьи исключает призыв для тех, кто отбывает наказание в виде лишения свободы. Пока Кибальников находится под следствием или судом, он не может быть призван, даже если приговор уже вынесен и он находится в колонии. Заключение контракта с места лишения свободы возможно только после погашения судимости. Для особо тяжкого преступления судимость погашается через восемь или десять лет после отбытия наказания. Поэтому немедленного контракта не получится. Если же речь идет о вербовке и отправке в зону СВО действующего заключенного в рамках специальной программы, то здесь применяются отдельные регламенты, но жизненный срок на свободе ему не дадут. Таким образом, попытка легитимизировать жестокое убийство через военную службу — юридически необоснованна. Закон работает комплексно.
Что касается ревности, то юридически мотив преступления не имеет значения. Даже если судья состоял в интимной связи с женой Кибальникова, это не является смягчающим обстоятельством. Уголовный кодекс защищает жизнь любого человека независимо от его личных качеств и поведения. В судебной практике по убийствам на почве ревности нередко назначают минимальные сроки в пределах восьми-десяти лет, но только при отсутствии отягчающих признаков. Здесь же отягчающие присутствуют в полном объеме: особо жестокое убийство, использование оружия, статус жертвы. Поэтому даже при самом благоприятном для обвиняемого раскладе ему грозит не менее десяти-двенадцати лет реального срока. Адвокат потерпевшей стороны настаивает на максимальном сроке, что дополнительно повышает ставки.
Полезно проанализировать и перспективы апелляции. Если суд вынесет приговор, близкий к запрошенному, то защита почти гарантированно подаст жалобу в кассацию. Вопрос о том, сможет ли Верховный суд снизить срок, зависит от того, насколько формально..
Андрей Олейник
Владимир Кузнецов
Олег Седов
Нургали Абдулов
Артур Артур
Антонида Белогородцева
Андрей Михайлович
Антонида Белогородцева
Сергей Стенников
Типо Просто
Сергей Ашихмин
Юрий Николаев
German Lavitsky
Иван Иванов
Анатолий Баранов
Максим Бандык
Максим Бандык
Анатолий Баранов
Ирина Панкова
Руслан Иванов
Она тебе клялась в верности, не он.
Шорс Кат
German Lavitsky
Алексей Панов
Руслан Иванов
И его надо все время прощать и еще оружие ему дать?
Алексей Панов
Пабло-Эмилио Эскобар-Гавирия
Руслан Иванов
Оксана Денисова