Жительница Уссурийска, убившая своего сына, пыталась выдать свой криминал за самоубийство жертвы
Ранее она была осуждена Уссурийским районным судом по ст. 105 УК РФ к семи годам лишения свободы. Женщину признали виновной в том, что она несколькими ударами ножа лишила жизни своего безработного сына, проживавшего в его квартире.
Однако, мать-убийца не желала признавать вину и настаивала на другой версии произошедшего – мол, сын давно стоял на учёте, как лицо, склонное к суициду, поэтому в день своей смерти неоднократно кричал ей: «Я просто хожу сдохнуть!» А после этого взял нож и нанёс себе удары в жизненно важные органы. К моменту приезда «скорой» сын скончался.
Правда, ещё на следствии эта версия была опровергнута экспертизами и установленными по делу факты. Было установлено, что незадолго до этого происшествия сын развёлся с женой и переехал к матери. Но переезд оказался не очень радостным, так как у матери нашли серьёзное заболевание и она стала часто употреблять алкоголь. Усугублялось это тем, что мать работала, а сын – то работал, то не работал, вёл праздный образ жизни. Матери такое не нравилось, и это порождало конфликты. Один из таких конфликтов завершился поножовщиной и смертью сына.
Не согласившись с приговором Уссурийского районного суда, Л. обжаловала его сначала в Приморский краевой суд, а затем и в Девятый кассационный суд общей юрисдикции (9 КСОЮ). Везде мать придерживалась одной версии: сына она не убивала, он зарезался сам на фоне давних суицидальных мыслей. Кстати, сама мать-убийца работала в медицинской сфере, так что могла довольно убедительно рассказывать о том, что сын был склонен к суициду.
Но даже 9 КСОЮ, выслушав все стороны, пришёл к выводу, что оснований для отмены приговора нет, так как обстоятельства убийства доказаны. Версия о суициде признана неубедительной.
Ранее она была осуждена Уссурийским районным судом по ст. 105 УК РФ к семи годам лишения свободы. Женщину признали виновной в том, что она несколькими ударами ножа лишила жизни своего безработного сына, проживавшего в его квартире.
Однако, мать-убийца не желала признавать вину и настаивала на другой версии произошедшего – мол, сын давно стоял на учёте, как лицо, склонное к суициду, поэтому в день своей смерти неоднократно кричал ей: «Я просто хожу сдохнуть!» А после этого взял нож и нанёс себе удары в жизненно важные органы. К моменту приезда «скорой» сын скончался.
Правда, ещё на следствии эта версия была опровергнута экспертизами и установленными по делу факты. Было установлено, что незадолго до этого происшествия сын развёлся с женой и переехал к матери. Но переезд оказался не очень радостным, так как у матери нашли серьёзное заболевание и она стала часто употреблять алкоголь. Усугублялось это тем, что мать работала, а сын – то работал, то не работал, вёл праздный образ жизни. Матери такое не нравилось, и это порождало конфликты. Один из таких конфликтов завершился поножовщиной и смертью сына.
Не согласившись с приговором Уссурийского районного суда, Л. обжаловала его сначала в Приморский краевой суд, а затем и в Девятый кассационный суд общей юрисдикции (9 КСОЮ). Везде мать придерживалась одной версии: сына она не убивала, он зарезался сам на фоне давних суицидальных мыслей. Кстати, сама мать-убийца работала в медицинской сфере, так что могла довольно убедительно рассказывать о том, что сын был склонен к суициду.
Но даже 9 КСОЮ, выслушав все стороны, пришёл к выводу, что оснований для отмены приговора нет, так как обстоятельства убийства доказаны. Версия о суициде признана неубедительной.
Комментарии к этому посту не найдены. Прокомментируйте первым!