Рассекретили спустя 40 лет: В Новосибирске рухнула тюрьма и погиб 41 человек
В 1985 году на территории контрагентского учреждения УФ-91\8 УИТУ УВД Новосибирского облисполкома обрушились 3 этажа спальных помещений общежития № 5, где спали заключенные. В те времена подобные происшествия сразу засекречивались.
Итак, в Новосибирске в знаменательный день - 22 июня 1985 года - в 20 часов 35 минут произошло неприметное для столицы Сибири событие ― обвалилась казарма в «восьмерке».
До обвала это исправительно-трудовое учреждение испытывало большие трудности с размещением осужденных. Переполняемость камер была нетерпимой. Поэтому еще в январе того года было принято решение о расширения общежитий тюряги.
Данное решение почему-то утвердил замминистра среднего машиностроения. (Очевидно, зеки имели какую-то связь с машиностроением, выполняли производственные заказы). Начальник колонии Дюбанов Василий Михайлович, позже милейший для общения с журналистами человек, а тогда начальник обвалившейся УФ-91\8, приступил к строительству, не имея на руках соответствующей документации. Впрочем, большими архитектурными особенностями стройка не отличалась ― предстояло просто надстроить над двухэтажной колонией третий этаж. Разумеется, силами самих зэков.
Надо сказать, что после Великой Отечественной войны ИТУ активно привлекались к строительству многих важных объектов промышленного, научного, жилищного и народно-хозяйственного назначения. Везде задействовали дешевую рабочую силу – людей подневольных. В Новосибирске – силами находящихся под статьями УК.
Возведение третьего этажа для тюремной казармы не было из ряда вон выходящим событием. Для этих целей из состава спецконтингента подобрали специалистов со строительными навыками. Бригадирами над самодеятельными каменщиками, цементомесами и штукатурами назначили тоже зэков. В течение зимы и весны 1985-ого года над тюремным общежитием № 5, возведенном в 1979 году, строители-любители выложили кирпичную кладку наружных и внутренних стен, соорудили перекрытия, закончили кровельные работы. Оставалось лишь отделать внутренние помещения и расселить уплотненный контингент, без пуска пробки из бутылки шампанского в потолок. Пробка - это было бы излишне, хотя бы по причине неминуемого обрушения.
В тот июньский вечер многих сидельцев спасла привычка перекуривать после всякого мало-мальски важного события. А тут ― после коллективного просмотра популярной телепрограммы «Время» осужденные высыпали на свежий воздух перекурить перед отбоем. Но многие уже готовились ко сну. …Страшный грохот потряс окрестности. Рухнул третий этаж. Когда пыль немного развеялась, стало видно, что от каркаса казармы остались только боковые стены. Погибли люди, находившиеся на втором и первом этажах.
Из-под завалов извлекли 41 труп. Еще пострадало 66 человек.
Расследование показало, что было нарушено одно из правил стройки. Глава № 4 части 3 «Строительных норм и правил», утвержденных Госкомом СССР по делам строительства от 9.06.80 года, требовала: «в этажах зданий в одной захватке, над которыми происходит монтаж конструкций не допускается нахождение людей». Тем более, до обвала, как следует из материалов служебной проверки, зэки обращали внимание друг друга на то, что во время незаконного строительства под потолками и в углах здания периодически облетала штукатурка, появлялась сырость. В день обвала еще утром отлетела штукатурка в месте соприкосновения опорной колонны с потолком в спальном помещении первого этажа. Но зэки об этом никому из администрации не докладывали, рассчитывая, что у «кума» (начальника колонии) свои глаза есть. Чем и накликали беду на свою голову.
В ходе проверки выявлен и такой факт: еще в январе 1985 года начальник квартирно-эксплуатационной части учреждения В.Е. Радченя и санврач, обследовав помещения колонии, записали в акте о появившейся сырости на стенах, потолке и облетевшей штукатурке. Но эту бумагу похоронили под сукном.
После обвала всю колонию перевели на палаточный режим. До самых морозов зэки жили под брезентом. Особо потрясенных смертью сокамерников переправляли в другие колонии. Все лето варили конструкции, ближе к зиме ― укрепили оставшиеся казармы дополнительными колоннами и подпорками, усилили перекрытия, надеясь, что нового обвала не наступит. Вселившись в восстановленные развалины, зэки долго прислушивались по ночам к малейшим шорохам и трескам.
У начальника колонии обвала в карьере не случилось. Он долго руководил вневедомственной охраной. Мило общался с прессой, но о допущенной оплошности не распространялся.
(с) VN
В 1985 году на территории контрагентского учреждения УФ-91\8 УИТУ УВД Новосибирского облисполкома обрушились 3 этажа спальных помещений общежития № 5, где спали заключенные. В те времена подобные происшествия сразу засекречивались.
Итак, в Новосибирске в знаменательный день - 22 июня 1985 года - в 20 часов 35 минут произошло неприметное для столицы Сибири событие ― обвалилась казарма в «восьмерке».
До обвала это исправительно-трудовое учреждение испытывало большие трудности с размещением осужденных. Переполняемость камер была нетерпимой. Поэтому еще в январе того года было принято решение о расширения общежитий тюряги.
Данное решение почему-то утвердил замминистра среднего машиностроения. (Очевидно, зеки имели какую-то связь с машиностроением, выполняли производственные заказы). Начальник колонии Дюбанов Василий Михайлович, позже милейший для общения с журналистами человек, а тогда начальник обвалившейся УФ-91\8, приступил к строительству, не имея на руках соответствующей документации. Впрочем, большими архитектурными особенностями стройка не отличалась ― предстояло просто надстроить над двухэтажной колонией третий этаж. Разумеется, силами самих зэков.
Надо сказать, что после Великой Отечественной войны ИТУ активно привлекались к строительству многих важных объектов промышленного, научного, жилищного и народно-хозяйственного назначения. Везде задействовали дешевую рабочую силу – людей подневольных. В Новосибирске – силами находящихся под статьями УК.
Возведение третьего этажа для тюремной казармы не было из ряда вон выходящим событием. Для этих целей из состава спецконтингента подобрали специалистов со строительными навыками. Бригадирами над самодеятельными каменщиками, цементомесами и штукатурами назначили тоже зэков. В течение зимы и весны 1985-ого года над тюремным общежитием № 5, возведенном в 1979 году, строители-любители выложили кирпичную кладку наружных и внутренних стен, соорудили перекрытия, закончили кровельные работы. Оставалось лишь отделать внутренние помещения и расселить уплотненный контингент, без пуска пробки из бутылки шампанского в потолок. Пробка - это было бы излишне, хотя бы по причине неминуемого обрушения.
В тот июньский вечер многих сидельцев спасла привычка перекуривать после всякого мало-мальски важного события. А тут ― после коллективного просмотра популярной телепрограммы «Время» осужденные высыпали на свежий воздух перекурить перед отбоем. Но многие уже готовились ко сну. …Страшный грохот потряс окрестности. Рухнул третий этаж. Когда пыль немного развеялась, стало видно, что от каркаса казармы остались только боковые стены. Погибли люди, находившиеся на втором и первом этажах.
Из-под завалов извлекли 41 труп. Еще пострадало 66 человек.
Расследование показало, что было нарушено одно из правил стройки. Глава № 4 части 3 «Строительных норм и правил», утвержденных Госкомом СССР по делам строительства от 9.06.80 года, требовала: «в этажах зданий в одной захватке, над которыми происходит монтаж конструкций не допускается нахождение людей». Тем более, до обвала, как следует из материалов служебной проверки, зэки обращали внимание друг друга на то, что во время незаконного строительства под потолками и в углах здания периодически облетала штукатурка, появлялась сырость. В день обвала еще утром отлетела штукатурка в месте соприкосновения опорной колонны с потолком в спальном помещении первого этажа. Но зэки об этом никому из администрации не докладывали, рассчитывая, что у «кума» (начальника колонии) свои глаза есть. Чем и накликали беду на свою голову.
В ходе проверки выявлен и такой факт: еще в январе 1985 года начальник квартирно-эксплуатационной части учреждения В.Е. Радченя и санврач, обследовав помещения колонии, записали в акте о появившейся сырости на стенах, потолке и облетевшей штукатурке. Но эту бумагу похоронили под сукном.
После обвала всю колонию перевели на палаточный режим. До самых морозов зэки жили под брезентом. Особо потрясенных смертью сокамерников переправляли в другие колонии. Все лето варили конструкции, ближе к зиме ― укрепили оставшиеся казармы дополнительными колоннами и подпорками, усилили перекрытия, надеясь, что нового обвала не наступит. Вселившись в восстановленные развалины, зэки долго прислушивались по ночам к малейшим шорохам и трескам.
У начальника колонии обвала в карьере не случилось. Он долго руководил вневедомственной охраной. Мило общался с прессой, но о допущенной оплошности не распространялся.
(с) VN
Сергей Шоломицкий
Данил Вартанов
Админ паблика
Галина Свистунова