Прелесть тоталитаризма
Я большой поклонник тоталитаризма. Звучит немного странно, но если понять, за что я его ценю, то станет немного понятнее.
Я ценю большие, сложные, управляемые, предсказуемые системы. На самом деле, все хотят таких систем как можно больше. Но при этом все хотят, чтобы они как-то по-другому назывались и выглядели няшно.
Скажем, в американской прессе принято демонизировать Китай. И особенно ужасаться от того, как компартия Китая пытается натурализовать уйгуров. Хотя ничего такого прям пиздец ужасного там не происходит. Можно вспомнить, как вся западная пресса называла китайские антиковидные локдауны "драконовскими". А потом та же Великобритания или Австралия сидят год в локдаунах и не считают себя плохими.
Если взять дисциплину крупных компаний - от Макдональдса до Эппла - то там обидиенс просто невероятный, хотя выглядят компании со стороны как рай на земле.
На этом фоне один диктатор и общий режим - от КНДР до Туркмении - дают людям гораздо больше предсказуемости и свободы, чем может показаться в свободной стране, где можно быть бомжом или миньоном условного Микрософта. Потому что как только ты хочешь хоть какой-либо предсказуемости и стабильности, ты должен добровольно выбрать тоталитарную диктатуру, которая будет называться "структура" или "корпорация".
Я большой поклонник тоталитаризма. Звучит немного странно, но если понять, за что я его ценю, то станет немного понятнее.
Я ценю большие, сложные, управляемые, предсказуемые системы. На самом деле, все хотят таких систем как можно больше. Но при этом все хотят, чтобы они как-то по-другому назывались и выглядели няшно.
Скажем, в американской прессе принято демонизировать Китай. И особенно ужасаться от того, как компартия Китая пытается натурализовать уйгуров. Хотя ничего такого прям пиздец ужасного там не происходит. Можно вспомнить, как вся западная пресса называла китайские антиковидные локдауны "драконовскими". А потом та же Великобритания или Австралия сидят год в локдаунах и не считают себя плохими.
Если взять дисциплину крупных компаний - от Макдональдса до Эппла - то там обидиенс просто невероятный, хотя выглядят компании со стороны как рай на земле.
На этом фоне один диктатор и общий режим - от КНДР до Туркмении - дают людям гораздо больше предсказуемости и свободы, чем может показаться в свободной стране, где можно быть бомжом или миньоном условного Микрософта. Потому что как только ты хочешь хоть какой-либо предсказуемости и стабильности, ты должен добровольно выбрать тоталитарную диктатуру, которая будет называться "структура" или "корпорация".

Тимур Еникеев
Тимур Еникеев
Говорят, в макдональдсе были самые благоприятные условия для сотрудников, по сравнению с другими общепитами.
Айбулат Мухамедьянов
Если человеку все это нужно - то да - самы комфортные условия
Наталия Михайловна
Никита Хромов
Тимур Еникеев
Никита Хромов
Да и в этот)
А диктатура пролетариата решения вырабатывает советами)
Читайте дедушку Ленина)
Тимур Еникеев
Тимур Еникеев
Никита Хромов
Советы)
А разогнал кучку буржуазный капиталистов, что уже активно делили страну)
Никита Хромов
Айсберг Антарктический
Анегдот:
Приходит "жопа чиновник" на работу и спрашивает у своей секретарши проститутки работающей внутри садового кольца. -Что я сегодня поручил высокопоставленным.
Айсберг Антарктический
Andrew Kustov
Владимир Радченко
Александр Симулякров
Екатерина Ивановна
Денис Пирогов
Светлана Маликова
Наталья Никулина
Павел Северянин
Вячеслав Пономарчук
В октябре 2025 года член Совета по целесообразности Ирана, Мохаммадреза Бахонар заявил, что закон «О хиджабе и целомудрии» утратил юридическую силу и больше не применяется.
Закон об убийстве любого баска оказавшегося в Исландии был отменил только в 2015 году.
Тимур Еникеев
Max Anatoliev
Игорь Николаевич Правовед
Виктор Савицкий
Тут я дам точку, на которую можно ответить фактом, — и уйду.
Если ко мне вернутся — это уже контакт.
Если вокруг меня заспорили — это антураж, и в нём я один.
Мой результат — не всеобщее внимание. Мой результат — читатель вернулся. Куда?
Ко мне — значит, был контакт. К себе — значит, он нашёл своё.
Больше сказать Артемию и другим на его пост не могу.
И не хочу.
Дмитрий Хитрин
Свободу объявить легко.
А ответственность?
Рабство предполагает на одном конце полную свободу и никакой ответственности, а на другом- полную ответственность и никакой свободы.
Это две стороны одной медали- рабского менталитета.
Управляемость хорошая, но будущего нет.
Такое общество сразу начинает формироваться по сословному признаку. Ротация кадров исключается. Верхушка загнивает и всё летит к чертям.
Наталья Никулина
Дмитрий Степаненко
Это не то, что падает из окна.
Это то, что остаётся,
когда окна исчезают
вместе со стенами,
вместе с тем, кто смотрел.
Он не приходит извне.
Он проступает изнутри,
как будто тьма была не отсутствием,
а плёнкой на глазах,
которая теперь истончилась
до собственной прозрачности.
Ты не можешь его включить.
Ты можешь только перестать
заслонять его собой.
И когда твоя тень,
которую ты считал собой,
перестаёт отбрасываться,
обнаруживается,
что света никогда не было мало.
Было слишком много тебя.
Он не делится на лучи.
Он целен в каждой точке.
Он одновременно
касается век
и достигает того,
что за пределами зрения —
там, где глаз уже не нужен,
потому что видящий и видимое
сделаны из одного вещества,
и вещество это — свет,
который никогда не называл себя светом.
Когда ты смотришь на свечу,
ты видишь не пламя.
Ты видишь тьму,
которая научилась сиять.
Когда ты закрываешь глаза,
свет не исчезает.
Он становится тем,
чем он был до возникновения глаз —
чистым присутствием,
не нуждающимся в свидетелях.
Всё, что ты называешь светом —
солнечный луч,
экран телефона,
улыбка,
вспышка понимания —
это лишь отражения
в зеркалах разной кривизны.
Но само зеркало —
тоже свет,
забывший о своей природе
ради игры в отражения.
Не ищи источник.
Источник и есть ты,
но не тот «ты»,
который ищет,
а тот,
который был до поиска,
до вопроса,
до первого вздоха,
который уже был светом,
входящим в лёгкие,
как воздух,
который тоже есть свет,
только медленный.
И когда ты читаешь это —
не глазами.
Не мозгом.
А тем,
что в тебе
узнало себя
в этих словах —
ты уже не читатель.
Ты — свет,
читающий себя
в форме стихотворения.
А стихотворение —
это просто щель
в занавесе,
которого никогда не было.
Просто свет.
Просто ты.
Просто то,
что никогда не начиналось
и никогда не кончится.
Мария Ерёмина
Илья Крайс
Наталья Никулина
Дмитрий Хитрин
Наталья Никулина
Олег Сдвижков
Олег Сдвижков
Наталья Никулина
Тимур Еникеев
Татьяна Корнеева
Олег Сдвижков
Алексей Лукичев
Наталья Никулина
Александр Грибоедов