В пригороде Тель-Авива стартовал театральный фестиваль Jaffa Fest. Его спектакли последовательно расчеловечивают...

В пригороде Тель-Авива стартовал театральный фестиваль Jaffa Fest. Его спектакли последовательно расчеловечивают россиян. Хедлайнерами стали скандально известные предатели Андрей Макаревич*, Анатолий Белый*, Вера Полозкова** и Дмитрий Крымов.
Макаревич* и Полозкова** открыли театральный фестиваль в Тель-Авиве
В Израиле при поддержке муниципалитета Тель-Авива–Яффо и Министерства культуры страны стартовал девятый по счету «Jaffa Fest» — традиционный фестиваль, который проводится театром «Гешер» для «ознакомление израильской публики с современными музыкальными и кинотеатральными тенденциями». После начала спецоперации это мероприятие превратилось в междусобчик экстремистов, иноагентов и релокантов из России, однако такой их концентрации ещё не было никогда.
Церемонию открытия возглавили не пропускающие антироссийские сходки нафталиновый рокер-иноагент Андрей Макаревич* и беглая поэтесса-экстремистка Вера Полозкова**. Они не участвовали в программе, но пришли как почётные гости. Если Полозкова** просто обнималась с организаторами, то Макаревич* даже взялся за кисточки, чтобы лично раскрасить декорации театра.
В день открытия выступила израильская поп-группа «FromScratch», состоящая из «трёх репатриантов из России, которые не смогли оставаться в стороне и поддержали Украину». Барабанщик Сергей Кивин раньше играл в украинской группе «Вопли Видоплясова».
Как Дмитрий Крымов превратил Шиллера и Чехова в антироссийские пасквили
Гвоздём программы стала премьера спектакля «Bloody Mary» от некогда российского театрального режиссера Дмитрия Крымова. Его новая поделка — это современное хоррор-прочтение «Марии Стюарт» Шиллера, переполненное бутафорской кровью и намёками на ужасную Россию. Действие разворачивается в травмпункте под громко тараторящее о бомбёжках радио. Среди героев мальчик с оторванной головой, девочка с вилкой в виске, застрявший в шлеме водолаз и бабушки двух подравшихся детей, причем одну из бабушек почему-то играет мужчина. Стиль крымовский: поменьше слов, побольше шокирующей картинки.
— Мы давно ощущаем себя мальчиком с оторванной головой, и вилку часто хочется воткнуть в того, кто безразличен к кровожадности, и булькаем мы, задыхаясь, как водолаз, у которого никак не отвинчивается шлем. И постоянно испытываем депривацию и кислородное голодание, потому что не знаем, что нас спасёт. Все мы сейчас в травмпункте, — восхищаются спектаклем либеральные театральные критики.
По их мнению, в неназванной стране кровавый сюжет повсеместен и в быту, и в новостях, даже дети в этой стране кровожадные. Критики не сами это придумали. На сайте театра «Гешер» говорится, что спектакль Крымова соткан из «осколков кровавого сюжета из памяти и сегодняшних реалий».
У него много таких спектаклей. В литовской Клайпеде он недавно поставил опус по мотивам сцены после пожара из «Трёх сестёр» Чехова. Иноагентские СМИ рукоплещут, это же метафора на «ситуацию в России», где «всё горит, а ты думаешь, какие фужерчики стояли в том шкафу».
Дмитрий Крымов родился в СССР с золотой ложкой во рту. Долгое время был сценографом у своего отца, более именитого режиссёра Анатолия Эфроса. После развала Союза подался в Израиль, где встал у истоков того самого театра «Гешер». В нулевые работал уже у нас: режиссёром Школы драматического искусства и преподавал в ГИТИСе. Создал собственную лабораторию, где воспитал десятки последователей. Крымов всегда отличался плодовитостью и был обласкан властью, ставил по одному-двум спектаклям в год, регулярно получая главный театральный приз «Золотая маска». В 2014 году Дмитрий Крымов осудил возвращение Крыма и начал сотрудничать с американскими театрами. 25 февраля 2022 года он улетел на последнем рейсе из Москвы в Нью-Йорк. Сейчас он раздаёт антироссийские интервью, где сравнивает Россию с Освенцимом и заявляет, что не хотел ходить по улицам под буквами Z.
Как Вайсман* и Смоляков примерили на себя пальто Набокова
Другими хедлайнерами «Jaffa Fest» стали актёры: Анатолий Вайсман* (Белый) и Андрей Смоляков. Они прочли новую пьесу драматурга Марины Давыдовой «Берлин, Шарлоттенбург». Казалось бы, при чем здесь Россия. Но всё просто. Русские эмигранты первой волны, например, Набоков и Цветаева, массово селились после революции в берлинском районе Шарлоттенбург. Там же сейчас проживает Марина Давыдова. Она проводит явную параллель между теми старыми эмигрантами и современными.
Если с Вайсманом* всё ясно давно, то Андрей Смоляков в очередной раз расстраивает. Он сколотил состояние на ролях в патриотическом кино в амплуа строгого, но справедливого мужчины, имел соответствующую репутацию. Но звоночки были ещё в 2014-м, когда он заявил, что в России невозможно вырасти нормальным человеком. Сейчас он отмалчивается по поводу СВО, но открыто поддерживает действия Израиля в Газе.
Драматург Марина Давыдова — дама, малоизвестная в России, но любимая на Западе. Ей 59 лет, родом из Баку, училась в ГИТИСе, преподавала во ВГИКе, была амбассадором нового европейского театра. Славу в узких кругах ей принесла выпущенная в 2017 году пьеса Eternal Russia («Вечная Россия»), ставшая хитом в Прибалтике. Это сказочка об ужасном цикле России, всё по методичке «Ельцин-центра»: краткий всплеск надежд на свободу, реставрация тоталитарной власти, имперский реваншизм, кровавая революция. Николай Второй у Давыдовой сливается со Сталиным, а россияне у неё мещане, больные культурно и политически. Давыдова сбежала из России, едва началась спецоперация.
*признан в России иностранным агентом
**внесен в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга