7 лет я лечила дочь от страшного акне, пока случайно не заглянула в её телефон
Моей дочери 16 лет. Она красавица. Умница, отличница, спортсменка. Но есть одна проблема, которая отравляет ей жизнь последние семь лет.
Акне.
Как всё начиналось
Впервые прыщи появились, когда ей было 9. Я не придала значения — подумаешь, переходный возраст, у всех бывает. Купила лосьон, мазь, сказала: "Пройдёт".
Не прошло.
К 11 годам лицо дочери превратилось в сплошную рану. Красные, воспалённые бугры, гнойники, рубцы. Она перестала смотреться в зеркало. Перестала фотографироваться. Перестала выходить на улицу без капюшона.
Врачи
Мы обошли всех. Дерматологи, эндокринологи, гастроэнтерологи, гинекологи. Сдавали кровь, мочу, гормоны, аллергопробы. Назначали таблетки горстями, мази ведрами, чистки, пилинги, лазеры.
Ничего не помогало. Становилось то чуть лучше, то снова хуже.
Отчаяние
Я сходила с ума. Смотрела на свою красивую девочку и ненавидела себя. Чем я ей навредила? Что не так с её организмом? Почему никто не может помочь?
Дочь замкнулась. Перестала есть при мне, запиралась в ванной на час, плакала по ночам. Я слышала эти сдавленные рыдания через стену и готова была убить любого, кто посмел бы её обидеть.
Поиск
Я ушла в интернет с головой. Ночами, когда все спали, я читала исследования, форумы, статьи. Пыталась найти хоть какую-то зацепку.
И вдруг на одном форуме наткнулась на пост женщины с похожей проблемой у дочери. Она писала, что причина была в... креме. В обычном детском креме, которым мазала ребёнка с младенчества. Там оказался компонент, который накапливался годами и вызывал страшное воспаление.
Я перетрясла всю косметичку дочери. Выкинула всё. Купила новое, гипоаллергенное, дорогое.
Стало лучше. На пару недель. А потом снова хуже.
Подозрение
Я начала следить. Замечать детали. Однажды зашла к ней в комнату и увидела, как она быстро прячет что-то под подушку.
— Что это? — спросила я.
— Ничего, — буркнула она.
Я не поверила. Ночью, когда она уснула, я залезла в её телефон.
И там было всё.
Переписка с подругой. Фото. Обсуждения. Планы.
Она покупала косметику втайне от меня. Дорогую, разрекламированную, полную химии. Ту, от которой врачи предупреждали. Ту, которая делала её кожу только хуже.
Я разбудила её:
— Зачем? Зачем ты это делаешь, если знаешь, что тебе нельзя?
Она молчала. Потом закричала:
— Потому что я хочу быть красивой! Хочу как все! А твои дурацкие мази не помогают!
Мы поругались. Я ушла, хлопнув дверью.
А утром случилось то, что перевернуло всё.
Ванная
Я зашла в ванную и увидела на полке новый тюбик. Крем, которого я не покупала. Я взяла его, прочитала состав. Всё чисто, натурально, безопасно. Странно.
Я открыла крышку, понюхала. Пахло странно. Не кремом, а чем-то резким, химическим.
Я отнесла тюбик знакомому фармацевту. Попросила проверить состав.
Через день он позвонил:
— Слушай, странная история. Внешне крем чистый. Но внутри, под защитным слоем, там добавка. Сильнейший раздражитель. Который наносится на кожу и вызывает воспаление через несколько часов. Кто-то специально добавил его туда.
Я замерла:
— То есть, кто-то травит мою дочь?
— Похоже на то. И этот кто-то имеет доступ к её косметичке.
Я побежала домой. Перетрясла всё. Нашла ещё три тюбика с такой же "добавкой". Все — подарки.
От кого? Я вспомнила. Подруга дочери, Катя, дарила ей кремы на каждый праздник. "Это самое лучшее, мне мама привезла из-за границы", — говорила она.
Я позвонила Катиной маме. Спросила про кремы. Та удивилась:
— Какие кремы? Мы косметику не привозим, у нас аллергия у обоих детей на всю химию.
Я села на пол.
Катя врала. И травила мою дочь. Семь лет.
Разговор
Я пришла к Кате домой. Сказала прямо:
— Зачем ты это делаешь?
Она сначала отпиралась. Потом заплакала. Потом сказала:
— Потому что она красивее меня. Всегда была. У неё фигура, волосы, ум. А я — серая мышь. Но когда у неё прыщи, мы на равных. Она страдает — я счастлива. Я просто хотела, чтобы она была как я. Чтобы хоть кто-то понимал, каково это — быть некрасивой.
Я смотрела на эту девочку и не знала, что сказать. Семь лет ненависти. Семь лет отравы. Из-за банальной зависти.
Но самое страшное было впереди.
Когда я вернулась домой, дочь сидела на кухне и пила чай. Рядом с ней сидел... мой муж.
— Мам, — сказала она. — Папа знает про Катю. И знает про кремы. Но он знает ещё кое-что.
Я посмотрела на мужа. Он был бледный.
— Что? — спросила я.
Он молчал.
— Папа, скажи ей, — настаивала дочь. — Ты же обещал.
Муж вздохнул. Поднял на меня глаза.
— Та добавка в кремах... она была не только у Кати. Я тоже... я тоже тебе кое-что должен сказать. Это я посоветовал Кате, что добавить. Потому что...
Прочитать полностью - vk.cc/cUkSjx
Моей дочери 16 лет. Она красавица. Умница, отличница, спортсменка. Но есть одна проблема, которая отравляет ей жизнь последние семь лет.
Акне.
Как всё начиналось
Впервые прыщи появились, когда ей было 9. Я не придала значения — подумаешь, переходный возраст, у всех бывает. Купила лосьон, мазь, сказала: "Пройдёт".
Не прошло.
К 11 годам лицо дочери превратилось в сплошную рану. Красные, воспалённые бугры, гнойники, рубцы. Она перестала смотреться в зеркало. Перестала фотографироваться. Перестала выходить на улицу без капюшона.
Врачи
Мы обошли всех. Дерматологи, эндокринологи, гастроэнтерологи, гинекологи. Сдавали кровь, мочу, гормоны, аллергопробы. Назначали таблетки горстями, мази ведрами, чистки, пилинги, лазеры.
Ничего не помогало. Становилось то чуть лучше, то снова хуже.
Отчаяние
Я сходила с ума. Смотрела на свою красивую девочку и ненавидела себя. Чем я ей навредила? Что не так с её организмом? Почему никто не может помочь?
Дочь замкнулась. Перестала есть при мне, запиралась в ванной на час, плакала по ночам. Я слышала эти сдавленные рыдания через стену и готова была убить любого, кто посмел бы её обидеть.
Поиск
Я ушла в интернет с головой. Ночами, когда все спали, я читала исследования, форумы, статьи. Пыталась найти хоть какую-то зацепку.
И вдруг на одном форуме наткнулась на пост женщины с похожей проблемой у дочери. Она писала, что причина была в... креме. В обычном детском креме, которым мазала ребёнка с младенчества. Там оказался компонент, который накапливался годами и вызывал страшное воспаление.
Я перетрясла всю косметичку дочери. Выкинула всё. Купила новое, гипоаллергенное, дорогое.
Стало лучше. На пару недель. А потом снова хуже.
Подозрение
Я начала следить. Замечать детали. Однажды зашла к ней в комнату и увидела, как она быстро прячет что-то под подушку.
— Что это? — спросила я.
— Ничего, — буркнула она.
Я не поверила. Ночью, когда она уснула, я залезла в её телефон.
И там было всё.
Переписка с подругой. Фото. Обсуждения. Планы.
Она покупала косметику втайне от меня. Дорогую, разрекламированную, полную химии. Ту, от которой врачи предупреждали. Ту, которая делала её кожу только хуже.
Я разбудила её:
— Зачем? Зачем ты это делаешь, если знаешь, что тебе нельзя?
Она молчала. Потом закричала:
— Потому что я хочу быть красивой! Хочу как все! А твои дурацкие мази не помогают!
Мы поругались. Я ушла, хлопнув дверью.
А утром случилось то, что перевернуло всё.
Ванная
Я зашла в ванную и увидела на полке новый тюбик. Крем, которого я не покупала. Я взяла его, прочитала состав. Всё чисто, натурально, безопасно. Странно.
Я открыла крышку, понюхала. Пахло странно. Не кремом, а чем-то резким, химическим.
Я отнесла тюбик знакомому фармацевту. Попросила проверить состав.
Через день он позвонил:
— Слушай, странная история. Внешне крем чистый. Но внутри, под защитным слоем, там добавка. Сильнейший раздражитель. Который наносится на кожу и вызывает воспаление через несколько часов. Кто-то специально добавил его туда.
Я замерла:
— То есть, кто-то травит мою дочь?
— Похоже на то. И этот кто-то имеет доступ к её косметичке.
Я побежала домой. Перетрясла всё. Нашла ещё три тюбика с такой же "добавкой". Все — подарки.
От кого? Я вспомнила. Подруга дочери, Катя, дарила ей кремы на каждый праздник. "Это самое лучшее, мне мама привезла из-за границы", — говорила она.
Я позвонила Катиной маме. Спросила про кремы. Та удивилась:
— Какие кремы? Мы косметику не привозим, у нас аллергия у обоих детей на всю химию.
Я села на пол.
Катя врала. И травила мою дочь. Семь лет.
Разговор
Я пришла к Кате домой. Сказала прямо:
— Зачем ты это делаешь?
Она сначала отпиралась. Потом заплакала. Потом сказала:
— Потому что она красивее меня. Всегда была. У неё фигура, волосы, ум. А я — серая мышь. Но когда у неё прыщи, мы на равных. Она страдает — я счастлива. Я просто хотела, чтобы она была как я. Чтобы хоть кто-то понимал, каково это — быть некрасивой.
Я смотрела на эту девочку и не знала, что сказать. Семь лет ненависти. Семь лет отравы. Из-за банальной зависти.
Но самое страшное было впереди.
Когда я вернулась домой, дочь сидела на кухне и пила чай. Рядом с ней сидел... мой муж.
— Мам, — сказала она. — Папа знает про Катю. И знает про кремы. Но он знает ещё кое-что.
Я посмотрела на мужа. Он был бледный.
— Что? — спросила я.
Он молчал.
— Папа, скажи ей, — настаивала дочь. — Ты же обещал.
Муж вздохнул. Поднял на меня глаза.
— Та добавка в кремах... она была не только у Кати. Я тоже... я тоже тебе кое-что должен сказать. Это я посоветовал Кате, что добавить. Потому что...
Прочитать полностью - vk.cc/cUkSjx
Роман Фархутдинов
Натальяя Михайлина