Уже третий год подряд исполнение федерального бюджета в начале года вызывает у либералов потрясающий информационное пространство «вой на болотах» в стиле «собаки Баскервилей»: какой кошмар, бюджетный дефицит зашкаливает, управление экономикой утрачено.
И действительно: в январе текущего года нефтегазовые доходы рухнули по сравнению с январем 2025-го более чем вдвое в номинальном выражении (с 789 до 393 млрд руб.), а ненефтегазовые остались практически на том же уровне, увеличившись на символические 4,5% (с 1,88 до 1,97 трлн руб.), и сократившись в реальном выражении, то есть с учетом роста цен.
При этом ситуацию с доходами спас НДС, увеличившийся аж на 24,9%. Из них 10 процентных пунктов — результат увеличения ставки, а остальное — совокупный результат роста экономики (в январе, скорее всего, незначительного), улучшения администрирования (которым тоже, скорее всего, можно пренебречь в силу его высокой эффективности, достигнутой уже давно) и роста цен.
В результате доходы бюджета в целом сократились по сравнению с январем прошлого года на 11,6% в номинальном выражении (на 310 млрд руб.), — а в реальном, с учетом роста цен, значительно больше (причем масштабы этого сокращения прямо зависят от масштабов занижения официальной статистики роста цен).
Однако почти 12-процентное сокращение доходов сопровождалось совершенно незначительным, лишь на 1,4% сокращением расходов бюджета. Именно в результате сохранения расходов на прошлогоднем уровне дефицит бюджета вырос по сравнению с январем прошлого года на четверть триллиона рублей: с 1,47 до 1,72 трлн. При этом по отношению к ВВП январский дефицит этого года остался на прошлогоднем и совершенно незначительном уровне — 0.7%, который к тому же существенно ниже намеченных на год в целом 1,6% ВВП.
Да, действительно, в номинальном выражении январский дефицит составил оглушительные 45,4% от годового (3,79 трлн руб.).
Однако с точки зрения национальных интересов России это является предметом не страха, а облегчения. С одной стороны, ничтожный уровень дефицита бюджета, как и в прошлые годы, бесстыдно занижен либералами Минфина и бездумно одобряющей все действия вечно вчерашних либералов «партией прошлого», всерьез рассчитавшей бюджет 2026 года исходя из инфляции в 4% (при том, что даже Банк России официально счел этот уровень принципиально недостижимым).
Ведь даже с сугубо формальной монетаристской точки зрения абсолютно безопасным для экономики уровнем бюджетного дефицита является 5% ВВП, то есть не навязанные на этот год 3,79 трлн руб., а 11,83 трлн руб., достичь которых не удастся даже в случае разрушительной девальвации и компенсации ее последствий за счет федерального бюджета.
С другой стороны, причиной высокого дефицита января, как и в прошлые годы, является бюджетное авансирование бюджетополучателей. Ведь для того, чтобы выполнить необходимые для бюджета работы, надо израсходовать средства.
До премьерства Мишустина царящие в российской экономике либералы вынуждали бюджетополучателей занимать необходимые средства в олигархических банках с последующим расчетом.
Абсурдно завышенная плата за этот всецело вынужденный и практически безрисковый кредит либо оплачивалась бюджетополучателями, разоряя их, либо закладывалась в цену их работ, обогащая финансовую олигархию за счет налогоплательщиков.
Правительство Мишустина сломало эту порочную практику, длившуюся долгие десятилетия, и начало авансировать работы бюджетополучателей из бюджета — без процентов и с должным финансовым контролем. В результате эффективность использования бюджетных средств качественно выросла, бюджетополучатели вздохнули с облегчением, а банковской олигархии пришлось, «скрепя кошельки», довольствоваться прокруткой бюджетных средств и предоставлением бюджету заведомо ненужных тому займов, по-прежнему виртуозно организуемых либералами Минфина.
По итогам февраля бюджетный дефицит первых двух месяцев года может достичь и 80% годового уровня, — и истерические камлания либеральных «аналитиков» лишь подтвердят правильность этой политики.
https://dzen.ru/a/aZVjB54SYmil9Z9l
И действительно: в январе текущего года нефтегазовые доходы рухнули по сравнению с январем 2025-го более чем вдвое в номинальном выражении (с 789 до 393 млрд руб.), а ненефтегазовые остались практически на том же уровне, увеличившись на символические 4,5% (с 1,88 до 1,97 трлн руб.), и сократившись в реальном выражении, то есть с учетом роста цен.
При этом ситуацию с доходами спас НДС, увеличившийся аж на 24,9%. Из них 10 процентных пунктов — результат увеличения ставки, а остальное — совокупный результат роста экономики (в январе, скорее всего, незначительного), улучшения администрирования (которым тоже, скорее всего, можно пренебречь в силу его высокой эффективности, достигнутой уже давно) и роста цен.
В результате доходы бюджета в целом сократились по сравнению с январем прошлого года на 11,6% в номинальном выражении (на 310 млрд руб.), — а в реальном, с учетом роста цен, значительно больше (причем масштабы этого сокращения прямо зависят от масштабов занижения официальной статистики роста цен).
Однако почти 12-процентное сокращение доходов сопровождалось совершенно незначительным, лишь на 1,4% сокращением расходов бюджета. Именно в результате сохранения расходов на прошлогоднем уровне дефицит бюджета вырос по сравнению с январем прошлого года на четверть триллиона рублей: с 1,47 до 1,72 трлн. При этом по отношению к ВВП январский дефицит этого года остался на прошлогоднем и совершенно незначительном уровне — 0.7%, который к тому же существенно ниже намеченных на год в целом 1,6% ВВП.
Да, действительно, в номинальном выражении январский дефицит составил оглушительные 45,4% от годового (3,79 трлн руб.).
Однако с точки зрения национальных интересов России это является предметом не страха, а облегчения. С одной стороны, ничтожный уровень дефицита бюджета, как и в прошлые годы, бесстыдно занижен либералами Минфина и бездумно одобряющей все действия вечно вчерашних либералов «партией прошлого», всерьез рассчитавшей бюджет 2026 года исходя из инфляции в 4% (при том, что даже Банк России официально счел этот уровень принципиально недостижимым).
Ведь даже с сугубо формальной монетаристской точки зрения абсолютно безопасным для экономики уровнем бюджетного дефицита является 5% ВВП, то есть не навязанные на этот год 3,79 трлн руб., а 11,83 трлн руб., достичь которых не удастся даже в случае разрушительной девальвации и компенсации ее последствий за счет федерального бюджета.
С другой стороны, причиной высокого дефицита января, как и в прошлые годы, является бюджетное авансирование бюджетополучателей. Ведь для того, чтобы выполнить необходимые для бюджета работы, надо израсходовать средства.
До премьерства Мишустина царящие в российской экономике либералы вынуждали бюджетополучателей занимать необходимые средства в олигархических банках с последующим расчетом.
Абсурдно завышенная плата за этот всецело вынужденный и практически безрисковый кредит либо оплачивалась бюджетополучателями, разоряя их, либо закладывалась в цену их работ, обогащая финансовую олигархию за счет налогоплательщиков.
Правительство Мишустина сломало эту порочную практику, длившуюся долгие десятилетия, и начало авансировать работы бюджетополучателей из бюджета — без процентов и с должным финансовым контролем. В результате эффективность использования бюджетных средств качественно выросла, бюджетополучатели вздохнули с облегчением, а банковской олигархии пришлось, «скрепя кошельки», довольствоваться прокруткой бюджетных средств и предоставлением бюджету заведомо ненужных тому займов, по-прежнему виртуозно организуемых либералами Минфина.
По итогам февраля бюджетный дефицит первых двух месяцев года может достичь и 80% годового уровня, — и истерические камлания либеральных «аналитиков» лишь подтвердят правильность этой политики.
https://dzen.ru/a/aZVjB54SYmil9Z9l

Александр Соловьев
Василий Канашенок
Дмитрий Зырянов
Юрий Чурсин
Александр Меньшиков