«В 19 веке шитьем было не заработать, поскольку это умели все», — пишет блоггер. Об этом рассказывает мне одна девушка, прочитавшая статью и минимально знакомая с историей, по крайней мере нашего края. И которая точно знает, что ее пра-прабабка до революции, оставшись вдовой, вырастила 12 детей и дала образование, была деревенской швеей, труд которой неплохо оплачивался (в доме была помощница по хозяйству, на покос тоже нанимали). Если у женщины был дом, не было конкуренции, заказчиков, желающих обмануть (в деревне все знакомые, тебе потом просто откажут, и всё), была швейная машинка, а главное — хорошие навыки, то заработать было реально. Та самая бабушка после окончания церковно-приходской школы обучалась в свое время у модистки. То есть умела шить «по-модному».
Уметь шить в 19 веке абсолютно всем. Это примерно то же самое утверждение, что вы сейчас это умеете все, ведь вас учили в школе, по крайней мере основные швы вручную — это программа начальной школы. Только умеете ли вы шить так, чтоб носить? В большинстве своем — нет. Иначе, давайте честно, весь бы этот масс-маркет было бы не продать, люди бы понимали в тканях и не брали вещи такого качества. Но вы, в преобладающем большинстве, не умеете этого. Хотя, вас же учили. Кроме швов, кроме того, чтоб минимально шить на машинке, нужно уметь кроить и строить выкройки, готовые выкройки надо уметь садить, что тоже не просто, а вещи из прошлого сложнее.
Так можно ли было заработать шитьем? Да, но это надо уметь, умели единицы. Даже крестьянки, когда повседневная одежда перестала предоставлять из себя рубаху да поневу с завязками, то есть прямое и простое, а выкройки стали сложными и индивидуальными, когда начали носить «парочки» (юбки с блузками) и платья по фигуре, начали обращаться к деревенским и сельским швеям. Чем дальше одежда уходила от народного костюма, который уже носили только на некоторые праздники, тем меньше шили сами. А потому сапожник, портной, швея были в каждом селе, скорняк, может быть, в каждом втором. Одежда — это дорого для любого сословия, потому проще заплатить и получить более качественную вещь, а не, как говорили в советское время, «самопал» — такое не ценилось никогда, а вот качественная работа всегда стоила денег.
Да, рукоделию обучали в церковно-приходских школах, но хорошо учились этому те, у кого уже был навык или кто имел к этому талант. В институтах благородных девиц и гимназиях учили этому слабо, большинство заканчивало учебное заведение, умея делать пару строчек. Да, девушки вышивали ковры, картины, стегали одеяла, но те, кто умел это делать изначально, кого учили дома. Преподавательнице, если девушка портила ткань, нужно было купить ее за свой счет, потому учиться не давали, при том что многие девушки просили научить (богатых в закрытых заведениях было немного, большинству дальше надо было жить своим трудом). Система финансирования была странной, когда даже сироты на гособеспечении должны были покупать для себя писчую бумагу, материалы для творчества и занятий, свечи, мыло, зубные щетки, обувь, если не подходит «казенный размер». Где брать на это деньги, если девушка, к примеру, круглая сирота, не понятно. Потому материалы для обучения закупали учителя, потом частично продавали изделия, чтоб купить материалы для следующих изделий и изделий, которые ученицы изготавливали для подарков духовенству и императорской фамилии. А потому тот, кто ничего не умел, так ничему и не учился: девушкам давали простую работу, наметывать и вытаскивать сметку. Так ты не научишься ровно ничему.
В крестьянской среде к концу 19 века «Марфушенек» тоже уже было немало, приданное покупали на ярмарке. Банально все эти рушники большого интереса не представляли, приданным все чаще становились мебель и деньги. Жениху ставили дом с невесты: посуда, обстановка, подушки и перина, одеяла, постельное белье, которое на каждый день, давайте честно, использовалось простое — проще стирать. Это не такое далекое от нас время: уже никто кроме далеких хуторов не жил своим хозяйством, изготавливая все своими руками. Посуду покупали, пили из привычных нам чашек с блюдцами, все необходимые в хозяйстве чугунки и сковородки были покупными, почти в каждой семье был самовар. Ткали на дому в основном половики, и то, ткацкие станки и прялки у многих были уже закинуты куда-нибудь на чердак. Приезжали в деревни исследователи народного фольклора и традиций, ремесел, а в деревне нет уже ничего «народного», и только старые бабки могли еще что-то рассказать. Народ старался жить как лучше, а поскольку многое недорого было купить, с появлением крупных производств покупали. Кружева, например, да, еще плели, потому что это очень хорошие деньги, вязать-вязали, правда, в основном носки и варежки, различные промыслы перешли в руки мануфактур. Если выгоднее держать коров и сдавать молоко на маслобойку, то вы не будете выращивать лен, чтоб собственноручно ткать из него ткань, при том, что ткань дешевле купить, ваш «сосед», который выращивает лен, сдает его на мануфактуру? Женщине хватало работы и по хозяйству. А потому наволочки, вышитые незабудками или фиалками, чаще было можно встретить в богатом мещанском или купеческом дому, где женщине или девице «нечего делать». А в вышивки-обереги больше верили экзальтированные городские барышни из какой-нибудь творческой интеллигенции, чем практичные крестьянки. Мне иногда кажется, что в представлении некоторых людей 19 век почему-то перемешан с 16-17 и воспринимается как что-то «древнее», а не то, что близко к нам с вами.
Уметь шить в 19 веке абсолютно всем. Это примерно то же самое утверждение, что вы сейчас это умеете все, ведь вас учили в школе, по крайней мере основные швы вручную — это программа начальной школы. Только умеете ли вы шить так, чтоб носить? В большинстве своем — нет. Иначе, давайте честно, весь бы этот масс-маркет было бы не продать, люди бы понимали в тканях и не брали вещи такого качества. Но вы, в преобладающем большинстве, не умеете этого. Хотя, вас же учили. Кроме швов, кроме того, чтоб минимально шить на машинке, нужно уметь кроить и строить выкройки, готовые выкройки надо уметь садить, что тоже не просто, а вещи из прошлого сложнее.
Так можно ли было заработать шитьем? Да, но это надо уметь, умели единицы. Даже крестьянки, когда повседневная одежда перестала предоставлять из себя рубаху да поневу с завязками, то есть прямое и простое, а выкройки стали сложными и индивидуальными, когда начали носить «парочки» (юбки с блузками) и платья по фигуре, начали обращаться к деревенским и сельским швеям. Чем дальше одежда уходила от народного костюма, который уже носили только на некоторые праздники, тем меньше шили сами. А потому сапожник, портной, швея были в каждом селе, скорняк, может быть, в каждом втором. Одежда — это дорого для любого сословия, потому проще заплатить и получить более качественную вещь, а не, как говорили в советское время, «самопал» — такое не ценилось никогда, а вот качественная работа всегда стоила денег.
Да, рукоделию обучали в церковно-приходских школах, но хорошо учились этому те, у кого уже был навык или кто имел к этому талант. В институтах благородных девиц и гимназиях учили этому слабо, большинство заканчивало учебное заведение, умея делать пару строчек. Да, девушки вышивали ковры, картины, стегали одеяла, но те, кто умел это делать изначально, кого учили дома. Преподавательнице, если девушка портила ткань, нужно было купить ее за свой счет, потому учиться не давали, при том что многие девушки просили научить (богатых в закрытых заведениях было немного, большинству дальше надо было жить своим трудом). Система финансирования была странной, когда даже сироты на гособеспечении должны были покупать для себя писчую бумагу, материалы для творчества и занятий, свечи, мыло, зубные щетки, обувь, если не подходит «казенный размер». Где брать на это деньги, если девушка, к примеру, круглая сирота, не понятно. Потому материалы для обучения закупали учителя, потом частично продавали изделия, чтоб купить материалы для следующих изделий и изделий, которые ученицы изготавливали для подарков духовенству и императорской фамилии. А потому тот, кто ничего не умел, так ничему и не учился: девушкам давали простую работу, наметывать и вытаскивать сметку. Так ты не научишься ровно ничему.
В крестьянской среде к концу 19 века «Марфушенек» тоже уже было немало, приданное покупали на ярмарке. Банально все эти рушники большого интереса не представляли, приданным все чаще становились мебель и деньги. Жениху ставили дом с невесты: посуда, обстановка, подушки и перина, одеяла, постельное белье, которое на каждый день, давайте честно, использовалось простое — проще стирать. Это не такое далекое от нас время: уже никто кроме далеких хуторов не жил своим хозяйством, изготавливая все своими руками. Посуду покупали, пили из привычных нам чашек с блюдцами, все необходимые в хозяйстве чугунки и сковородки были покупными, почти в каждой семье был самовар. Ткали на дому в основном половики, и то, ткацкие станки и прялки у многих были уже закинуты куда-нибудь на чердак. Приезжали в деревни исследователи народного фольклора и традиций, ремесел, а в деревне нет уже ничего «народного», и только старые бабки могли еще что-то рассказать. Народ старался жить как лучше, а поскольку многое недорого было купить, с появлением крупных производств покупали. Кружева, например, да, еще плели, потому что это очень хорошие деньги, вязать-вязали, правда, в основном носки и варежки, различные промыслы перешли в руки мануфактур. Если выгоднее держать коров и сдавать молоко на маслобойку, то вы не будете выращивать лен, чтоб собственноручно ткать из него ткань, при том, что ткань дешевле купить, ваш «сосед», который выращивает лен, сдает его на мануфактуру? Женщине хватало работы и по хозяйству. А потому наволочки, вышитые незабудками или фиалками, чаще было можно встретить в богатом мещанском или купеческом дому, где женщине или девице «нечего делать». А в вышивки-обереги больше верили экзальтированные городские барышни из какой-нибудь творческой интеллигенции, чем практичные крестьянки. Мне иногда кажется, что в представлении некоторых людей 19 век почему-то перемешан с 16-17 и воспринимается как что-то «древнее», а не то, что близко к нам с вами.
Комментарии к этому посту не найдены. Прокомментируйте первым!