Градозащитники сообщили о начале уничтожения Кокоревских складов. Комплекс зданий конца 19-го — начала 20-го веков,...

Ближайшие выборы могут стать самыми проблемными для «Единой России» за последние годы — внутри системы фиксируют резкую просадку рейтингов.

По словам людей, знакомых с закрытыми замерами, в ряде регионов партия власти опускается до 25–30%. Это уже не «гарантированное большинство», а результат, который приходится дотягивать административными методами. На местах это чувствуют: кандидаты всё чаще идут как самовыдвиженцы и стараются не афишировать партийную принадлежность.

Проблема не в кампании, а в накопленной усталости. Социальные вопросы не решаются, локальные кризисы гасятся вручную, губернаторы работают в режиме выживания. В такой ситуации бренд «Единой России» начинает тянуть вниз даже лояльных кандидатов.

Как признают собеседники в самой партии власти, выборы становятся проверкой не для оппозиции, а для всей системы. Если «Единую Россию» снова доведут до нужных цифр — значит, старая механика ещё держится. Если нет — придётся менять уже не технологию кампаний, а саму конструкцию власти и ожидать неминуемых отставок на уровне руководителей партии.

Э, куда??? совсем ку-ку?? там же цоколь с ласточкой!

Жаль, какой хороший кирпич

Сказка о Смотрительнице первого воспоминания
В том мире, который находится сразу за нашими закрытыми веками, сразу за пеленой забытого, есть место. Оно не на картах, не в учебниках, не в памяти — но оно есть.
Там хранятся первые воспоминания.
Каждого человека. Каждого, кто когда-либо жил на земле. Маленькие, хрупкие, светящиеся шарики, в которых заключено самое начало.
И у этого места есть Хранительница.
Её никто не видел, но каждый чувствовал. Когда вдруг, без причины, всплывает картинка из самого раннего детства — запах маминых волос, солнечный зайчик на стене, холодок от первой снежинки на ладони, — это она открывает свою сокровищницу и показывает тебе твой первый миг.
Смотрительница стара настолько, что помнит первое воспоминание первого человека. И молода настолько, что каждое новое начало вызывает у неё улыбку.
У неё длинные седые волосы, в которых запутались тысячи огоньков — это самые яркие воспоминания тех, кто уже ушёл. И глаза такого глубокого синего цвета, что, кажется, в них можно утонуть.
Она ходит между рядами, где на невидимых полках стоят миллиарды хрустальных шаров. В каждом — чьё-то первое «я».
Вот шар, в котором мальчик впервые видит своё отражение в луже. Ему полтора года, он наклоняется, смотрит, трогает воду рукой — и вдруг понимает: это я. Там, в мокрой ряби, впервые рождается его личность.
Вот девочка, которая впервые слышит музыку. Не просто звук, а именно музыку — бабушка напевает колыбельную, и внутри что-то переворачивается. С этого мгновения она будет искать эту мелодию всю жизнь.
Вот мальчик, который впервые падает и больно ударяется. Он плачет, подбегает мама, обнимает, дует на разбитую коленку. И в этом шаре — не боль, а удивление: оказывается, после боли бывает тепло.
Смотрительница знает каждый шар. Она может часами смотреть на них и видеть, как из этих крошечных мгновений вырастают целые жизни.
Это самое важное, говорит она. Всё, что будет потом, уже есть здесь. Храбрость, трусость, любовь, одиночество, вера, отчаяние — всё начинается с первого взгляда, первого звука, первого прикосновения.
Однажды в хранилище пришла девочка. Не гостья, а жительница — одна из тех, чьё первое воспоминание хранилось здесь. Но она пришла не смотреть, а искать.
Я не помню, — сказала она. Я ничего не помню из раннего детства. Только обрывки, только тени. Где моё первое?
Смотрительница посмотрела на неё долгим взглядом.
Ты ищешь не там, — сказала она. Первое воспоминание нельзя найти, как вещь. Его можно только вспомнить.
Но я не могу!
Можешь. Просто ты ищешь картинку, а надо искать чувство. Закрой глаза.
Девочка закрыла.
Что ты чувствуешь, когда думаешь о самом начале?
Тишина. Потом вдруг: Тепло. И запах... кажется, хлеба? И чьи-то руки. Большие, тёплые, надёжные.
— Открой глаза, — сказала Смотрительница.
Перед ними висел шар. Внутри него маленькая девочка сидела на коленях у бабушки, и бабушка только что достала из печи свежий хлеб. Девочка протянула руку, чтобы потрогать тёплую корку, и в этот миг почувствовала себя в полной безопасности.
Это оно, — прошептала девочка. Моё первое.
Теперь ты знаешь, с чего началась твоя личность. Не с события, а с чувства. С тепла, безопасности, любви. Всё остальное строилось на этом фундаменте.
Что бывает, если первое воспоминание — боль
Рядом, на соседней полке, висел тёмный шар. Он не светился, как другие, а мерцал тусклым, тревожным светом.
А это чьё? — спросила девочка.
Мальчика, который сейчас стал взрослым и злым, — вздохнула Смотрительница. — Его первое воспоминание — крик. Мама кричала на папу, стены дрожали, а он сидел в кроватке и не понимал, почему мир такой страшный.
И что с ним теперь?
Он всю жизнь ждёт крика. Даже когда вокруг тихо, ему кажется, что сейчас начнётся. Он построил свою личность на ожидании опасности.
Можно ли это исправить?
Можно создать новое первое, — улыбнулась Смотрительница. — Не заменить, а добавить. Если в жизни будет достаточно тепла, однажды он вспомнит не только крик, но и то, как кто-то потом его обнял. И личность изменится.
Смотрительница объяснила девочке главный секрет: Личность — это не то, что приходит сразу. Это узор, который начинает ткаться с первого воспоминания. Каждое следующее событие добавляет нить. Одни нити тёмные, другие светлые. Но самая первая — как основа. Если она прочная, весь узор держится. Если рвётся — всё может рассыпаться.
А моя основа? — спросила девочка.
Твоя — тепло и хлеб. Хорошая основа. Теперь иди и живи. Каждый день добавляй новые нити. Пусть узор будет красивым.
Девочка хотела спросить ещё, но вдруг поняла, что стоит не в хранилище, а в своей комнате. За окном светало, пахло утренним хлебом из соседней пекарни, и внутри было так тепло, как в том первом воспоминании.
Она улыбнулась и пошла завтракать.
У каждого..

Надо и Кремль снести, поставить нормальную коробку для пресмыкающихся

Ураганный террор путинистов против исторического Петрограда в разгаре...😢

Есть вот такая схема сноса:

при бакинской гопоте так и будет дальше.

Это все преступление перед историей нашей страны... Уничтожение исторического образа, планировки того времени просто лишает нас возможности ощутить преемственность поколений...

Олигархический капитализм в действии!

И что вы предлагаете? Не строить ВСМ?