Вернувшиеся из украинского плена бойцы рассказали ТАСС, кого хотят скорее увидеть.
Многодетный отец Роберт мечтает вернуться домой к пятерым детям и супруге, а Евгений хочет увидеть годовалого сына и жену.
Видео: Алексей Жуков/ТАСС
Еще больше новостей в "Максе": https://vk.cc/cNGSxe
Многодетный отец Роберт мечтает вернуться домой к пятерым детям и супруге, а Евгений хочет увидеть годовалого сына и жену.
Видео: Алексей Жуков/ТАСС
Еще больше новостей в "Максе": https://vk.cc/cNGSxe

Марина Леонова
Йоханнес Нойхауз
И первый, младший школьник дружит со вторым. И первый после уроков идёт со вторым по дороге домой, и второй что-то рассказывает, о чём-то болтает. А первый у себя в мыслях, не слушает особо, только кивает.
Задумался о чем-то, о понравившейся девочке или чем-то таком.
Вдруг ему прилетает сильный подзатыльник от второго, что аж слезы на глазах выступают.
- За что? - спрашивает ошарашенно первый у второго.
- Я говорил об отце. А ты соглашался, что террористы, с которыми он воевал - правильно всё делали.
- Я не... Прости, прости, пожалуйста! Я не соглашался. Я... я отключился, я не слышал тебя, я просто кивал, даже не заметил как ты сменил тему и стал говорить об этом...
Когда-то первый мальчик был совсем маленьким.
Он был младенцем, который еще не умел толком ходить. Он подтанцовывал в раскачку, держась за бортики детской кроватки под песню "Там за туманами". Он почему-то понимал слова, он много чего понимал, он даже думал сам про себя на словах, хотя не умел ни читать, ни толком говорить.
Однажды первый увидел отца. Тощего, с бородой.
Он едва ли узнал.
Этот какой-то мужчина, другой, посторонний. От него вкусно пахнет одеколоном. От него как-то страшно. Но он добрый. Тоскующий. Человек из писем.
Супермен, одно из воплощений Бога на земле. А первый, конечно, сын бога.
Бог на земле - временами страшно пил, был страшный суд, когда он возвращался таким домой, сам или с теми, кто его потом удерживали, как было страшно и когда не возвращался.
Когда едва оставался в живых.
Тогда он казался одержимым, кричал на иных или даже несуществующих языках.
Глаза его горели красным.
Сын этого Бога на земле забивался в угол.
Бог на земле ничего не помнил потом. Но очень просил прощения.
Так первый узнал о войне, хотя Бог называл его счастливчиком. Потому что не знал и никогда не узнает что такое голод, холод, ад, обстрелы, гангрены.
Называл его счастливчиком. И делал всё, чтобы так оно и было. Обеспечивал всем.
Но не мог говорить по душам. Был в себе. Или ещё где-то. Как одиноким. Мог сорваться в ярость из-за сущих пустяков. Но сдерживал себя под конец. Из невероятного усилия любви - сдерживал войну в себе, ценой и своего здоровья, чтоб не навредить ей своему дитя. Сыну Бога на земле. Человеку - сыну человеческому.
Обычная семья с тяжелой кармой, но и со своим светом, конечно, тоже.
Как же без света.
Было много и светлого.
Как-то однажды, когда первый вырос - он говорил с одной пожилой дамой, разговор зашел на личное, эта дама была экстрасенсом, но не шарлатаном, а из-за тяжелой судьбы, насмотренности по жизни. Та сказала ему - я знаю, что такое контузия, что такое бывать там, не держи зла. Тебе не понять. Им нужен особый язык, никакого противостояния, никаких споров и стояний на своем, но как можешь - поддерживай или, хотя бы, не трогай. Не держи зла, но будь собой. Не предавай себя, не давай себя сломать миру. Не отворачивайся от света, его и так мало в мире будет.
Такая, вот, притча.
О боли и о любви.
Админ паблика
Алексей Фомин
Виктория Симан
Лёха Лёха
они вроде с бронью до конца сво
Иван Иванович
Нина Пономарева
Лариса Медведева
Виктория Симан
Алексей Фомин