Зоя плюнула в морду нацистам и показала, кто такие русские женщины. Вечная слава - Дамир Нигматов

🙏🙏🙏

Да блин Зоя , спасибо 😞🙏

Героев России много! Но не всех мы знаем! Но они есть! И были!

Царствие небесное убиенной Зое.

🙏

ЧЕЛОВЕК!!!!!! Великой Стойкости, Самопожертвованности ради ,Нас!!!!! Это, Подвиг!!! Подвиг ,на Все Времена!!!!!!!

Первый памятник на могиле

Зоя плюнула в морду нацистам и показала, кто такие русские женщины. Вечная слава

Фашистов из той дивизии , по приказу Сталина в плен не брали ... Так надо поступать и с нелюдьми из ,,кракена,, ,, азова,, и со всеми теми пидроздилами , которые на Курской земле лютовали

Она называлась Таней, поэтому в газетах ее поначалу называли именно так.
Таня! (Зоя ) - Назым Хикмет
Я люблю свою родину так же, как ты.
Я — турок,
ты — русская,
мы — коммунисты.
Таня!
Тебя повесили за твою любовь,
меня заточили в тюрьму за мою любовь,
но я живу, а ты умерла.
Как недолго ты побыла на земле!
Как недолго ты видела солнечный свет!
Всего восемнадцать лет!
Таня!
Ты — партизанка, повешенная врагом,
я — заключенный в тюрьму поэт,
но между нами преграды нет!
Ты — дочка моя,
ты — товарищ мой,
пред тобою склоняюсь я головой.
Таня!
Как красиво изогнуты брови твои!
Словно две миндалины очи твои.
Но какого цвета они — не понять
по твоей фотографии,
Таня.
Я читал: они карие, очи твои.
Кареглазых много в стране моей.
Твои темные волосы не длинней,
чем у Мемеда, мальчика моего,
Таня.
Как широк твой лоб —
164
Точно лунный свет.
Как прекрасно лицо твое продолговатое!
А открытые уши, пожалуй, могли быть поменьше.
Как нежна твоя шея, совсем еще детская шея!
Ни одна мужская рука не обвивала ее ни разу.
На ней не петля, не веревка,
на ней ожерелье.
Какая ты хрупкая, Таня!
Я товарищей кликнул,
они поспешили ко мне.
Говорят негромко,
разглядывая твой портрет:
«У меня дочь ее лет».
«У меня сестра ее лет».
«У меня жена ее лет».
Девушки рано выходят замуж
в нашей жаркой стране,
Таня!
Наши подруги на фабрике, в поле и в школе —
это сверстницы Тани.
Таня, ты умерла.
Сколько честных погибло в борьбе!
Таня, Таня, мне стыдно, позволь мне признаться
тебе:
я семь лет не воюю, семь лет я в неволе —
и все еще жив.
Утром подняли Таню, кое-как приодели...
(Немцы валенки взяли, пропали тулуп и ушанка.)
Ей на шею повесили бутылки с горючим,
165
на плечи надели походный мешок,
снарядили в последний путь.
На доске написали мелом:
ПАРТИЗАНКА
и повесили ей на грудь.
Двери настежь!
Улица солнечна и бела.
Немцы сгоняют крестьян прикладами,
верховые со всех сторон.
Вот она, виселица, на площади в центре села.
Поставлены друг на друга два ящика из-под
макарон,
над ними качается веревка намыленная, завязанная
петлей...
Офицер, любитель-фотограф, наводит свой аппарат.
Втащили Таню на ящики — руки связаны за спиной.
Стоит она прямо-прямо, над головой петля.
Насколько ты стала выше...
Солнце еще за пеленой.
Как хорошо ей видно тебя, родная земля!
Накинули петлю на красивую шею,
она оттянула ее рукою —
еще немного пожить!
Люди, люди кругом...
«Товарищи, выше голову! Не давайте фашистам
покоя!
Убивайте, жгите, громите, воюйте с врагом!»
Фашист ударил ее в лицо,
кровь хлынула из губ опаленных,
и слова полились, горячие, как кровь:
166
«Всех не перевешаете!
Мы победим!
Нас много!
Нас двести миллионов!»
Содрогнулась толпа...
Чей-то сдавленный стон,
чей-то плач...
Солнце хлынуло ярче, земля хорошеет."
Родная земля...
Натянул веревку палач.
Задыхается девушка с лебединою шеей.
До свиданья, прощай, начало чудесного дня!
Привстала она на носки, подалась вперед.
«Прощайте, товарищи, не оплакивайте меня!
Это счастье — умереть за свой народ!»
Огромный солдатский сапог выбил ящики из-под ног.
Взметнулось и закачалось молодое, сильное тело.
Как сигнал к наступлению,
как весть о грядущей победе,
как символ бессмертия,
оно над землею взлетело.