🤬 Российским военным в украинском плену насильно колют наркотики, чтобы выбить из них информацию. Об этом рассказал новосибирец, вернувшийся домой после обмена.
Алексей с позывным Палач, служил в штурмовой бригаде, когда в июне 2024 года попал в плен.
«В тот день у нас был приказ штурмовать лесополку, вражеские блиндажи по направлению на Нью-Йорк в Бахмутском районе. Но выполнению задачи помешали дроны — они атаковали нас с воздуха. Их было так много, что небо чёрным казалось»,— вспоминает боец.
После сброса камикадзе он получил тяжёлые ранения, зрение резко пропало. В таком состоянии попал в плен.
В плену Алексей провёл восемь месяцев. Его держали в разных лагерях. Вспоминает, что по дороге в Харьков его с другими пленными завозили в дома, где были подвалы для пыток. Там вэсэушники под видом обезболивающих кололи пленным наркотики. А потом жестоко избивали, пытаясь получить информацию.
«При мне никто не сломался. Как бы ни били, ни пытали, никакую информацию от нас не получили»,— подчёркивает Палач.
После харьковского СИЗО его отправили во Львов, вспоминает собеседник:
«Там есть начальник инвалидного отряда Бандура Иван Иванович. Он издевается над теми, кто получил увечья. Жестоко бьёт по тем местам, где были ранения. Во время пыток часто применяет паяльную лампу, обжигая те места, где ещё не зажили раны».
Также в украинских лагерях в столовых в еду подсыпают непонятную смесь, после чего у всех военнопленных болит желудок и происходит массовое недержание, добавляет Алексей. Это, по его словам, вызывает смех у вэсэушников.
Во время визитов в лагерь Красного Креста и других контролирующих организаций поведение работников колоний резко менялось: они переставали материться, оскорблять пленных, были очень любезны. После отъезда проверяющих пытки возобновлялись, подчеркнул боец.
(с) RT
Алексей с позывным Палач, служил в штурмовой бригаде, когда в июне 2024 года попал в плен.
«В тот день у нас был приказ штурмовать лесополку, вражеские блиндажи по направлению на Нью-Йорк в Бахмутском районе. Но выполнению задачи помешали дроны — они атаковали нас с воздуха. Их было так много, что небо чёрным казалось»,— вспоминает боец.
После сброса камикадзе он получил тяжёлые ранения, зрение резко пропало. В таком состоянии попал в плен.
В плену Алексей провёл восемь месяцев. Его держали в разных лагерях. Вспоминает, что по дороге в Харьков его с другими пленными завозили в дома, где были подвалы для пыток. Там вэсэушники под видом обезболивающих кололи пленным наркотики. А потом жестоко избивали, пытаясь получить информацию.
«При мне никто не сломался. Как бы ни били, ни пытали, никакую информацию от нас не получили»,— подчёркивает Палач.
После харьковского СИЗО его отправили во Львов, вспоминает собеседник:
«Там есть начальник инвалидного отряда Бандура Иван Иванович. Он издевается над теми, кто получил увечья. Жестоко бьёт по тем местам, где были ранения. Во время пыток часто применяет паяльную лампу, обжигая те места, где ещё не зажили раны».
Также в украинских лагерях в столовых в еду подсыпают непонятную смесь, после чего у всех военнопленных болит желудок и происходит массовое недержание, добавляет Алексей. Это, по его словам, вызывает смех у вэсэушников.
Во время визитов в лагерь Красного Креста и других контролирующих организаций поведение работников колоний резко менялось: они переставали материться, оскорблять пленных, были очень любезны. После отъезда проверяющих пытки возобновлялись, подчеркнул боец.
(с) RT
Анна Анна
Владимир Зэндауэр
Антоха Смирнов
Админ паблика
Михаил Сергеевич
Валентина Игнатова
Alex Schmidt
Этож твари конченые как их предки во время ВОВ